ДАТА:

ПОДЕЛИТЬСЯ:

Безопасность Центральной Азии: угрозы и возможности

Похожее

This post is also available in: Türkçe English

Такие факторы, как применение силы, территориальная целостность и безопасность границ, были важны в традиционном понимании безопасности современного периода. В дополнение к этому многие факторы, такие как безопасность пищевых продуктов, экологическая безопасность, энергетическая безопасность и кибербезопасность, стали учитываться в новом понимании безопасности постмодернистского периода. Совсем недавно важность таких факторов была вновь признана во время русско-украинской войны. Эта война не только Европы, но и отрицательно сказалось на безопасности всего мира. Борьба за власть в мире сосредоточена в Европе, Тихоокеанском регионе и Центральной Азии. Каждый регион превратился в козырную карту в руках великих держав. Пока Россия занята Европой; Китай сосредоточился на Тихоокеанском регионе.

Западные державы не знают как воевать и с Россией, и с Китаем одновременно. Лучшее решение, которое они нашли; Это может быть угроза безопасности Центральной Азии, где у России и Китая есть общие интересы в области безопасности. Таким образом, ни Китай не сможет больше сосредоточиться на Тихом океане, ни Россия не сможет больше заниматься Европой.

Есть одна проблема, на которой в последнее время настаивает Китай: его беспокоит растущее присутствие НАТО и США в Азии.[1] Пекин считает, что многие проблемы безопасности, которые сегодня тесно связаны с Центральной Азией, намеренно создаются НАТО-США. Пекин, в первую очередь, считает, что вывод американских войск из Афганистана — это заранее подготовленная для него ловушка. В последний год утверждалось, что Китай создал базу для охраны границы на территории Таджикистана. Было заявлено, что причиной этого являются террористические проблемы, источниками которых является Афганистан. Более того, утверждается, что оружие, оставленное НАТО в Афганистане, привело к эскалации терроризма в Кашмире.[2] В целях предотвращения распространения терроризма в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китай может рассмотреть возможность строительства застав за границей. Однако маловероятно, что Китай возьмет на себя жандармерию региона, как это делают США. Здесь есть фора для Китая. В прошлом эту безопасность обеспечивали США; Китай мог легко осуществить свои экономические проекты. Но теперь ему предстоит приложить усилия, чтобы обеспечить безопасность этих коридоров. Однако известно, что Китай взял за принцип уважение территориальной целостности и суверенитета других стран и не одобряет трансграничные военные действия. Однако решить проблемы Центральной Азии, не вмешиваясь в регион, непросто. Поскольку западные державы очень хорошо знают этот принцип Китая, они стремятся угрожать безопасности Центральной Азии и занимать ее проблемами на западе страны. Таким образом, Китай не сможет отвернуться от проблем в Азии и не сможет справиться с проблемами в Тихоокеанском регионе.

Когда перед нападением России в Украину в Казахстане вспыхнули протесты, западные державы думали, что Москва больше не может поворачиваться лицом к Западу, что она будет занята проблемами в Средней Азии и что операция на Украине займет не менее 2 -3 месяцев.[3] Однако президент Казахстана г-н Касым-Жомарт Токаев обратился в Организацию Договора о Коллективной Безопасности (ОДКБ) с просьбой подавить протесты, и проблема была преодолена благодаря быстрому вмешательству организации:  вопрос «Российское влияние в регионе усиливается?» вызвал беспокойство на Западе.

Политико-экономическое соперничество между Россией и Китаем, особенно из-за Казахстана и Кыргызстана, похоже, отвечает интересам западных держав. Россия вышла из этого кризиса, укрепив свои позиции в Центральной Азии. Это оказало моральную поддержку войне в Украине. Случилось так, что эти шаги Москвы одновременно вызвали обеспокоенность у Китая.

По сути, Россия не хотела новых проблем в Центральной Азии, чтобы заняться Украиной, и в этом отношении ей приходилось полагаться на Китай. Китай, с другой стороны, возможно, извлек для себя некоторые положительные уроки из войны России на Украине. В этом смысле Пекин понял, насколько важно начать наземную или гибридную войну в непосредственной близости от себя, как это сделала Россия. Поэтому Китай может подумать, что Россия может начать угрожать безопасности Центральной Азии так же, как она угрожает Европе. Для этого (Китай) может предпринять шаги, чтобы показать военное присутствие в Таджикистане, Кыргызстане и Афганистане. Другими словами, у России может не быть друга в Центральной Азии, на которого она могла бы опереться. В то время как Россия хочет, чтобы Китай больше интересовался Тихим океаном. С другой стороны, Китай хочет, чтобы Россия сосредоточилась на Европе.

В Центральной Азии существует ряд возможностей, угроз и вызовов как для России, так и для Китая. Во-первых, существуют трудности с созданием в регионе организации коллективной обороны по типу НАТО. Несмотря на то, что возглавляемая Россией ОДКБ имеет совместные силы вмешательства и принцип коллективной обороны, решения о вводе войск в страну даются сложнее, чем в НАТО. Более того, тот факт, что Китай не является членом ОДКБ, увеличивает потребность в сильной коллективной организации в Евразии. Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), с другой стороны, не могла выйти за рамки региональной организации, которая больше сосредоточилась на пограничных проблемах в которой Китай вышел на первый план.

Самый обсуждаемый вопрос в мире в последнее время — это коллективная безопасность. Самая большая критика Китая в адрес НАТО и США направлена ​​именно в этом направлении. Администрация Пекина обеспокоена тем, что НАТО может быть вовлечено в проблемы как в Тихоокеанском регионе, так и в Центральной Азии. Если Китай не сможет создать платформу безопасности, подобную НАТО, под своим собственным руководством, он отстанет в гонке за гегемонию в мире.

Россия и Китай не считают, что ОДКБ и ШОС соответственно могут выступить с глобальной концепцией. Потому что эти организации не в состоянии справиться с кризисами в мире, как с точки зрения их членов, так и целей и задач их создания. Вот почему Китай призвал страны БРИКС создать глобальную платформу безопасности.[4] Такой подход указывает на то, что Китай может создать новую организацию безопасности, в центре которой будут страны БРИКС или участники этой организации. Кроме того, в Пекине осознают, что для безопасности Центральной Азии в первую очередь необходимо решить проблему терроризма в Афганистане и Пакистане. Для этого ему нужна поддержка Индии. В этом контексте тот факт, что Нью-Дели остается враждебным Исламабаду, на самом деле может быть ситуацией, которая не нужна Китаю. Потому что этот конфликт не только в Кашмире, но и увеличивает риск войны во всем регионе. Поэтому Пекин поддерживает Индию и желает, чтобы она вносила больший вклад в региональную безопасность в рамках ШОС.

В этом контексте Индия инициировала проведение двух учений в рамках ШОС в 2022 году. Первое из них — совместные антитеррористические учения « Manesar-Antiterror-2022», которые пройдут в Индии в октябре 2022 года. Второе – совместная пограничная операция «Граница дружбы», которое планируется пройти в Казахстане. Китай, в частности, стремится объединить Пакистан и Индию в рамках ШОС.  И Китай, и Россия считают сотрудничество с Индией ценным для безопасности Центральной Азии.

Нью-Дели не является конкурентом в Центральной Азии. Индия входит в число партнеров, отдающих предпочтение сотрудничеству. Тем не менее, Индия может захотеть выделиться, воспользовавшись соперничеством России и Китая в Центральной Азии. Например, талибы смотрят на Индию как на игрока, который может сбалансировать Пакистан. Другими словами, когда они не могут получить то, что хотят от Пакистана, талибы могут использовать свои отношения с Индией в качестве козыря против Исламабада. Другими словами, Индия, которая участвует в регионе как третья держава, воспринимается как привлекательный игрок для всех сторон.

В результате важно заручиться поддержкой новых игроков, таких как Индия, для обеспечения безопасности Центральной Азии. С другой стороны, угроз безопасности региона намного больше, чем возможностей. Способность предотвратить эти угрозы, прежде всего, зависит от шагов, которые будут предпринимать державы в регионе.

[1] “China in Eurasia Briefing: Why The Ukraine War Matters For Asia”, RFERL, https://www.rferl.org/a/ukraine-war-matters-for-asia/31856235.html, (Дата доступа: 21.05.2022).

[2] “How NATO Weapons from Afghanistan Are Impacting Kashmir’s Militancy”, DW, https://www.dw.com/en/how-nato-weapons-from-afghanistan-are-impacting-kashmirs-militancy/a-61838513, (Дата доступа: 21.05.2022).

[3] “«Острие копья» срочно поворачивают на Запад”, Rosbalt, https://www.rosbalt.ru/world/2022/01/13/1939298.html, (Дата доступа: 21.05.2022).

[4] “Çin, BRICS Ülkelerine ‘Küresel Güvenlik Topluluğu Kurma’ Çağrısı Yaptı”, Haberler, https://www.haberler.com/guncel/cin-brics-ulkelerine-kuresel-guvenlik-toplulugu-14954907-haberi/, (Дата доступа: 30.05.2022).

Dr. Cenk TAMER
Dr. Cenk Tamer, 2014 yılında Sakarya Üniversitesi Uluslararası İlişkiler Bölümü’nden mezun olmuştur. Aynı yıl Gazi Üniversitesi Ortadoğu ve Afrika Çalışmaları Bilim Dalı’nda yüksek lisans eğitimine başlamıştır. 2016 yılında “1990 Sonrası İran’ın Irak Politikası” başlıklı teziyle master eğitimini tamamlayan Tamer, 2017 yılında ANKASAM’da Araştırma Asistanı olarak göreve başlamış ve aynı yıl Gazi Üniversitesi Uluslararası İlişkiler Doktora Programı’na kabul edilmiştir. Uzmanlık alanları İran, Mezhepler, Tasavvuf, Mehdilik, Kimlik Siyaseti ve Asya-Pasifik olan ve iyi derecede İngilizce bilen Tamer, Gazi Üniversitesindeki doktora eğitimini “Sosyal İnşacılık Teorisi ve Güvenlikleştirme Yaklaşımı Çerçevesinde İran İslam Cumhuriyeti’nde Kimlik İnşası Süreci ve Mehdilik” adlı tez çalışmasıyla 2022 yılında tamamlamıştır. Şu anda ise ANKASAM’da Asya-Pasifik Uzmanı olarak görev almaktadır.