ДАТА:

ПОДЕЛИТЬСЯ:

Меры безопасности Южной Кореи в тени Северной Кореи

Похожее

Эта статья также доступна на этих языках: Türkçe English

После первого ядерного кризиса Северной Кореи в 1990-х годах Южная Корея искала дипломатические решения проблемы вместе с Японией и Соединенными Штатами Америки (США). Несмотря на эти усилия, Северная Корея продолжала развивать свой ядерный потенциал. Администрация Пхеньяна, которая в 1994 году взяла на себя обязательства по ликвидации ядерно-оружейной программы в рамках Рамочного соглашения о примирении между США и Северной Кореей, неоднократно отказывалась от этих обещаний.[1]

Глядя на 21 век, видно, что позиция Северной Кореи не изменилась. В 2015 году Ким Чен Ын, тогдашний первый секретарь Трудовой партии Северной Кореи, заявил: «Мы должны производить в большем количестве мощную и современную военную технику в нашем собственном стиле и постоянно укреплять наше ядерное сдерживание».[2] В этом контексте он указал, что администрация Пхеньяна должна разработать ядерное оружие.

Затем в 2016 году Северная Корея провела четвертое ядерное испытание.[3] Чтобы остановить эти испытания, была предпринята попытка снова сесть за стол переговоров с руководством Пхеньяна. В 2018 году между Северной Кореей и Южной Кореей было проведено три встречи. Впоследствии, в сентябре того же года, Пхеньян посетил президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин. По сравнению с угрозами и растущими проблемами безопасности в 2017 году, дипломатия стала выходить на первый план в северокорейском вопросе после 2018 года. Поэтому есть признаки улучшения отношений между Сеулом и Пхеньяном.[4]

Несмотря на все это, с 2021 года Северная Корея снова начала ракетные испытания. В последний раз Пхеньян проводил испытания баллистических ракет в ноябре 2022 года. Исходя из расчетов, основанных на траектории полета этого последнего испытания ракеты, Япония заявила, что расчетная дальность полета ракеты может превышать 15 тыс. км в зависимости от веса боеголовки и других факторов. Другими словами, Северная Корея имеет возможность поразить своими ракетами весь азиатский континент, Европу, Северную Америку и часть Южной Америки.[5]

Согласно заявлению Генерального штаба Южной Кореи, помимо ракетных испытаний, в декабре 2022 года Северная Корея произвела около 130 артиллерийских выстрелов по южнокорейской буферной зоне военно-морских сил.[6] Южная Корея, которая ищет решение угроз со стороны Северной Кореи, объединяясь как с региональными, так и с нерегиональными государствами, не может продвинуться далеко в решении проблемы. Наоборот, Пхеньян проводит гораздо более агрессивную внешнюю политику. Заявление президента Северной Кореи Кима о том, что его страна планирует стать «самой мощной ядерной державой в мире», также свидетельствует об агрессивной позиции Пхеньяна.[7]

Даже если будет достигнуто соглашение с Северной Кореей, администрация Сеула никогда не будет уверена в искренности Пхеньяна из-за прошлого опыта. Поэтому последним шагом для Южной Кореи является усиление мер безопасности. Как подчеркивает реалистическая теория, в среде, где существует дилемма безопасности, стороны будут стремиться к укреплению в военном отношении.

Во-первых, Южная Корея начала работу по созданию собственной системы противоракетной обороны после первого ядерного испытания Северной Кореи в 2006 году.[8] Южная Корея, во многом зависимая от спецслужб США, разработала собственную систему противоракетной обороны (ПРО), не участвуя в глобальной системе ПРО, возглавляемой Вашингтоном. Сеул спустил на воду свой первый ракетный эсминец Sejong the Great в 2007 году, за ним последовал Yulgok Yi I в 2008 году и Seoae Ryu Seong-ryong в 2011 году.[9] В 2022 году Южная Корея добилась успешных результатов, испытав новую систему противоракетной обороны L-SAM.[10] Противоракетная оборона Южной Кореи становится все более важным компонентом оборонного потенциала страны с 2006 года.

Во-вторых, армии США и Южной Кореи годами проводят совместные учения. Последний был проведен в ноябре 2022 года после испытания Северной Кореей межконтинентальной баллистической ракеты. В этом совместном воздушном учении с участием стратегических бомбардировщиков приняли участие бомбардировщики B-1B Lancer и истребители F-16 ВВС США, а также самолеты F-35A, принадлежащие Южной Корее.[11] По этому поводу президент Южной Кореи Юн Сук Ель заявил, что совместные учения с США укрепили обороноспособность Южной Кореи.[12]

В-третьих, Южная Корея увеличивает бюджет, выделяемый на расходы на оборону, чтобы модернизировать свою армию. Как видно из таблицы 1, оборонный бюджет Сеула в последние годы неуклонно увеличивался, и эта тенденция сохраняется.[13] Согласно заявлению Министерства национальной обороны Южной Кореи, предполагается, что правительство Сеула выделит оборонный бюджет в размере 57,1 трлн вон (42,1 млрд долларов США) на 2023 год. Этот бюджет на 4,6% превышает оборонный бюджет 2022 года.[14]

Таблица 1: Процент расходов Южной Кореи на оборону за последние годы[15]

В заключение следует отметить, что проблемы безопасности Сеула включают не только угрозу со стороны Северной Кореи, но и многие другие проблемы, такие как экономический рост Китая, напряженность вокруг Тайваня и зависимость от глобальной цепочки поставок энергии.[16] Но проблема, которая может нанести наибольший ущерб национальной безопасности и территориальной целостности Южной Кореи, — это северокорейский вопрос. Как заявил Южнокорейский Институт стратегии национальной безопасности, Северная Корея считает себя выше Сеула благодаря ядерному оружию и поэтому активно продолжает свои военные атаки.[17] Из-за такого восприятия Пхеньяна Сеул поставил среди своих приоритетов решение этой проблемы за счет повышения своего военного потенциала. Из-за такого восприятия Пхеньяна Сеул поставил решение этой проблемы в число своих приоритетов, развивая свой военный потенциал.


[1] Hirofumi Tosaki, “The North Korean Nuclear Issue and Japan’s Deterrence Posture”, Japan and the World, Japan Digital Library, 2017, С. 1.

[2] “The Cause of the Great Party of Comrades Kim II Sung and Kim Jong II is Ever-Victorious,” KCNA, http://www.kcna.co.jp/item/2015/201510/news06/20151006-20ee.html, (Дата обращения:12.12.2022).

[3] Tosaki, там же., С. 1.

[4] Jojin V. John, “South Korea’s Approach to North Korea under President Moon Jae-in”, Major Powers and the Korean Peninsula: Politics, Policies and Perspectives, Titli Basu, (Ed.), KW Publishers, New Delhi 2019, С. 207.

[5] “US Seeks International Condemnation of North Korean Missile Launch at UN”, VOA, https://www.voanews.com/a/us-seeks-international-condemnation-of-north-korean-missile-launch-at-un-/6844019.html, (Дата обращения: 12.12.2022).

[6] “North Korea Fires Artillery Barrage in ‘Warning’ to South Korea”, Aljazeera, https://www.aljazeera.com/news/2022/12/5/north-korea-fires-artillery-barrage-in-warning-to-south-korea, (Дата обращения: 12.12.2022).

[7] “North Korea Plans ‘World’s Most Powerful’ Nuclear Force, Kim Jong Un Says”, CNN, https://edition.cnn.com/2022/11/27/asia/north-korea-kim-jong-un-nuclear-force-intl-hnk/index.html, (Дата обращения:12.12.2022).

[8] Mark E. Manyin vd., “U.S.-South Korea Relations”, CRS Report, 2022, С. 23.

[9] “Republic of Korea”, Missile Defense Advocacy, https://missiledefenseadvocacy.org/intl_cooperation/republic-of-korea/, (Дата обращения: 12.12.2022).

[10] “South Korea Anti-Ballistic Missile System Destroys Target in Test- Reports”, Reuters, https://www.reuters.com/world/asia-pacific/south-korea-anti-ballistic-missile-system-destroys-target-test-reports-2022-11-22/, (Дата обращения: 12.12.2022).

[11] “US, South Korea Conduct Joint Air Drill İnvolving Strategic Bombers After N. Korea’s ICBM Launch”, Defence Blog, https://defence-blog.com/us-south-korea-conduct-joint-air-drill-involving-strategic-bombers-after-n-koreas-icbm-launch/, (Дата обращения: 12.12.2022).

[12] “South Korea Says It Has the Ability to Intercept Missiles from the North”, PBS, https://www.pbs.org/newshour/world/south-korea-says-it-has-the-ability-to-intercept-missiles-from-the-north, (Дата обращения: 12.12.2022).

[13] “Military Expenditure (% of GDP)- Korea, Rep.”, The World Bank, https://data.worldbank.org/indicator/MS.MIL.XPND.GD.ZS?end=2020&locations=KR&start=2015&view=chart, (Дата обращения: 12.12.2022).

[14] “South Korea Proposes 4.6% Increase in 2023 Defence Budget”, Janes, https://www.janes.com/defence-news/news-detail/south-korea-proposes-46-increase-in-2023-defence-budget#:~:text=South%20Korea’s%20Ministry%20of%20National,over%20the%20allocation%20in%202022, (Дата обращения: 12.12.2022).

[15] “Military Expenditure…”, там же.

[16] “Korea Net Assessment 2022: Shoring Up South Korea’s National Security”, Carnegie Endowment for International Peace, https://carnegieendowment.org/2022/12/05/korea-net-assessment-2022-shoring-up-south-korea-s-national-security-apparatus-pub-88546, (Дата обращения: 12.12.2022).

[17] Yonghwan Choi, “North Korea’s Continuous Military Provocations: Causes and Prospects”, INSS Issue Brief, 85(58), 2022, С. 2.

Neslihan TOPCU
Neslihan TOPCU
Neslihan Topcu, 2017 yılında Adnan Menderes Üniversitesi Siyaset Bilimi ve Kamu Yönetimi bölümünden mezun olmuş ve ardından aynı üniversitenin Uluslararası İlişkiler Anabilim Dalı’nda yüksek lisans eğitimine başlamıştır. Yüksek lisans derecesini elde ettiği “Çin’in Enerji Güvenliği Politikaları” başlıklı tezi, 2020 yılında kitap olarak da yayınlanmıştır. 2016 senesinde Litvanya’daki Kazimieras Simonavičius Üniversitesi’nde ve 2019 yılında da Portekiz’deki Minho Üniversitesi’nde eğitim alan Topçu, halihazırda Selçuk Üniversitesi Uluslararası İlişkiler Anabilim Dalı’nda doktora eğitimine devam etmektedir. Asya Pasifik, enerji güvenliği ve devletlerin uzay politikalarıyla ilgili çalışmaları çeşitli dergilerde ve kitaplarda yayınlanmış olan Topçu, iyi derecede İngilizce ve orta seviyede İspanyolca bilmektedir.