Многомесячные взаимные жёсткие заявления сменились приблизительно двухчасовой встречей в Белом доме между Президентом Соединённых Штатов Америки (США) Дональдом Трампом и Президентом Колумбии Густаво Петро, что свидетельствует о заметном изменении тона в двусторонних отношениях. Трамп, который ранее обвинял Петро в попустительстве наркотрафику и даже намекал на возможность военного вмешательства, по итогам встречи охарактеризовал колумбийского лидера как «великолепного», что указывает на отчётливое смягчение дипломатической атмосферы.[1]
Петро, в свою очередь, охарактеризовал встречу в схожем ключе как оптимистичную и конструктивную, отметив, что в повестке дня особое место занимали вопросы борьбы с незаконным оборотом наркотиков и регионального энергетического сотрудничества. Данная картина позволяет предположить возможность перехода в отношениях между Вашингтоном и Боготой от напряжённости к режиму контролируемого диалога.
Трамп и Петро на протяжении длительного времени выстраивали свои отношения преимущественно через призму личных полемик. Определение президента США колумбийского лидера как «руководителя очень больной страны» и увязывание его с торговлей наркотиками привели к дипломатическому протесту со стороны администрации Боготы. В ответ Петро обвинил Вашингтон в том, что он рассматривает суверенные государства как «часть империи».[2]
По этой причине встреча в Белом доме была расценена не просто как рутинные переговоры лидеров, но и как потенциальный момент смягчения. Встреча двух непредсказуемых лидеров позволяет предположить как возможность восстановления отношений, так и риск возникновения нового кризиса. В дипломатии подобные контакты, как правило, служат трём целям: взять напряжённость под контроль, сохранить открытыми каналы переговоров и предотвратить полный разрыв стратегических интересов. Встреча Трампа и Петро вписывается именно в эту рамку.
В числе наиболее примечательных тем встречи оказался вопрос о возможном экспорте венесуэльского газа через территорию Колумбии. Это предложение может повлечь за собой три важных последствия с точки зрения энергетической геополитики Латинской Америки. Во-первых, может быть вновь поставлен на повестку дня вопрос о реинтеграции энергетического сектора Венесуэлы в региональную экономику. Во-вторых, Колумбия, получив статус транзитной страны, может приобрести стратегическое значение. В-третьих, Соединённые Штаты, которые были вытеснены из энергетной сферы из-за санкций и политики конкуренции, могут получить косвенное влияние в этих секторах.
Заявление Петро о том, что «все три страны проиграли из-за конкуренции и санкций», свидетельствует о том, что данная инициатива представляет собой не только экономический, но и политический поиск нормализации.[3] Таким образом, энергетическая повестка указывает на возможность формирования трёхсторонней геополитической оси, соединяющей линию Вашингтон–Богота с Каракасом.
В ходе встречи ещё одной ключевой темой стала борьба с незаконным оборотом наркотиков. Трамп подчеркнул необходимость более тесного сотрудничества между двумя странами в сфере противодействия наркотрафику, тогда как Петро настаивал на том, что в приоритетном порядке должны становиться именно высшие уровни наркокартелей. Колумбийский лидер также запросил у США поддержку в поимке крупных наркобаронов, действующих в международном масштабе. Данный подход указывает на более широкую парадигму безопасности, ориентированную на борьбу с глобальными преступными сетями, а не на традиционную стратегию «подавления страны-источника».
Вместе с тем утверждать, что стороны полностью пришли к согласию относительно методов, представляется затруднительным. Признавая наличие различных подходов к проблеме наркотиков, Петро отметил, что одни из них являются более «агрессивными», тогда как другие носят более коллективный характер.[4] Данное высказывание свидетельствует о том, что наряду с сотрудничеством сохраняются и стратегические разногласия.
Обещание сторон действовать совместно в борьбе против повстанческой группировки Национальная освободительная армия (ELN) в Колумбии наглядно демонстрирует прямое измерение безопасности данной встречи. Учитывая, что столкновения между ELN и другими вооружёнными группами в Колумбии приводят к массовым перемещениям населения, поддержка Вашингтона может иметь для Боготы критическое значение. Вместе с тем это также означает возможность более активного повторного вовлечения США в архитектуру безопасности Латинской Америки.
Заявление о том, что администрация Трампа работает над санкциями в отношении Петро, позволяет предположить, что встреча включает в себя и переговорную составляющую. Сообщалось, что ранее санкции в отношении Петро и членов его семьи уже применялись и что для осуществления визита эти санкции были временно приостановлены. Санкции являются одним из наиболее значимых инструментов давления во внешней политике США. Однако данный инструмент зачастую используется как часть переговорного процесса. Следовательно, вероятно, что Вашингтон придерживается стратегии «условной гибкости», предпочитая не полностью отменять санкционный рычаг, а сохранять его в качестве элемента торга.
Требование Петро к Трампу выступить посредником в торговой напряжённости между Колумбией и Эквадором показывает, что традиционная роль США как «балансирующей силы» в Латинской Америке по-прежнему сохраняется. Подобные запросы свидетельствуют о том, что потенциал Вашингтона как регионального архитектора порядка не был полностью подорван; напротив, в ряде кризисов он всё ещё воспринимается как центральный актор. Заявление Петро о том, что «он не изменил своих взглядов, и я тоже не изменил своих», указывает на то, что встреча была выстроена не на основе идеологического консенсуса, а прежде всего на прагматичных интересах.[5]
Призыв Петро к «жизненному пакту, который вновь сделает Америки великими», выделяется как символический элемент дипломатического языка.[6] Данный дискурс направлен на укрепление идеи регионального партнёрства вместо конкуренции. Хотя о каком-либо конкретном соглашении объявлено не было, дружественная атмосфера встречи свидетельствует о том, что удалось предотвратить полный разрыв отношений. Вместе с тем отмечается, что по таким вопросам, как политика в отношении Венесуэлы и способы прекращения потоков наркотических веществ, сохраняются глубокие расхождения во взглядах. Следовательно, данный контакт следует интерпретировать не как окончательную трансформацию в сторону союза, а скорее как форму контролируемой нормализации.
Встреча Трампа и Петро демонстрирует, что в латиноамериканской политике идеологическая поляризация постепенно может уступать место прагматическому сотрудничеству. Общая основа, возникшая в таких сферах, как энергетические проекты, борьба с наркотрафиком и региональная дипломатия, напоминает о том, что позиционирование двух стран в полностью противоположных лагерях может оказаться затратным. Однако остается неопределённым, будет ли это смягчение носить устойчивый характер. Личная риторика лидеров, санкционная политика и такие вопросы, как венесуэльское досье, представляют собой потенциально уязвимые области, которые могут привести к новому ухудшению отношений.
В конечном счёте данная встреча показывает, что отношения между США и Латинской Америкой формируются уже не исключительно через призму дискуссий о гегемонии, а на основе многослойных интересов, таких как взаимная зависимость, безопасность и энергетика. Если стороны смогут сохранить эту прагматичную линию, ось Вашингтон–Богота может превратиться в один из ключевых столпов региональной стабильности. В противном случае данное дипломатическое смягчение рискует остаться в истории лишь как краткосрочный тактический манёвр.
[1] Debusmann Jr., Bernd. “Trump Hails White House Talks with ‘Terrific’ Petro, After Months of Trading Barbs”, BBC News, https://www.bbc.com/news/articles/c4g01vlwqp5o, (Дата обращения: 08.02.2026).
[2] Там же.
[3] Там же.
[4] Там же.
[5] Там же.
[6] Madhani, Aamer, Astrid Suarez, and Ben Finley. “Trump Calls Colombia’s Petro ‘Terrific’ After White House Meeting While Downplaying Past Insults”, AP News, https://apnews.com/article/trump-colombia-petro-venezuela-36bc47d628886ea20c471a63156ec550, (Дата обращения: 08.02.2026).
