2020-й и последующие годы- это период, когда молодое поколение является передовым как в области технологических достижений, так и в области политических и социальных изменений. Термин «GenZ» обозначает не столько биологическую возрастную группу, сколько новое сообщество, организованное по логике цифровых сетей, способное быстро масштабироваться и работать без лидеров. Демонстрации протестов, наблюдаемые в обширном регионе от Непала до Марокко, от Мадагаскара до Латинской Америки, проходят в форме, отличающейся от традиционных методов организации, и обращаются к чувству справедливости повседневной жизни. Общими темами являются образование, здравоохранение, безработица, высокая стоимость жизни, затруднения в доступе к государственным услугам и требование большей подотчетности.
Одним из сильных проявлений этой глобальной волны в Африке является молодежное движение, возникшее в последние недели в Марокко. Линия, охватывающая Рабат, Касабланку, Марракеш, Фес, Танжер и Агадир, а также провинции и пригороды. На этом этапе важна технология организации. Молодежь, быстро определяя время и место встреч с помощью таких приложений, как TikTok, Instagram и Discord, в короткие сроки может организовывать собрания с высокой посещаемостью.[i] Одним из наиболее важных моментов, которые следует отметить на этом этапе, является отсутствие видимого лидера этой системы. Отсутствие спикеров ограничивает классические методы посредничества и снижает гибкость передвижения. Однако, с другой стороны, это может обеспечить быстрое принятие решений и видимость. Таким образом, может быть легче ориентироваться на внезапные изменения.
В контексте Марокко существует три основных требования. Первый направление — это расширение программ, стимулирующих предпринимательство и занятость молодежи. Второе направление сосредоточено на качестве, доступности образовательных и медицинских услуг и географическом балансе. Конкретизация политических инструментов для снижения стоимости повседневной жизни является третьим направлением. В этом контексте, молодежь рассматривает инвестиции в инфраструктуру в преддверии Чемпионата мира по футболу 2030 года как символический вопрос. В данном случае речь не о спорте или футболе. Основная тема заключается в том, каким образом идет распределение приоритетности государственных средств и какое влияние это оказывает на сельские, городские и центральные районы. Молодежь подчеркивает стремление к более сбалансированному распределению ресурсов между базовыми социальными услугами и крупными проектами.[ii]
Высказывания и эстетика языка отличаются от протестов предыдущих поколений. Вместо плакатов используются короткие видеоролики, инфографика, юмористические изображения и визуальные эффекты, похожие на графические романы .Сложные эмоции и послания упрощаются с помощью отсылок к поп-культуре. Этот смешанный язык объединяет различные социологические группы вокруг общей мечты о будущем и снижает идеологические конфликты. Цифровая часть репертуара протеста расширяет реальные границы улицы и создает недорогие каналы участия в повседневной жизни. Следовательно, вероятность прогресса движения высокая. Однако региональная повестка дня Марокко в области развития и видение стабильности положительно подпитываются каналами институционального диалога с молодежью.
Опыт Мадагаскара значительно отличается от опыта Марокко. Действия в указанной стране дают важные уроки о способности молодежных движений в Африке добиваться политических результатов. Общественность быстро отреагировала на кризис в сфере услуг, такой как перебои в подаче электроэнергии и воды, в сочетании с обвинениями в коррупции. Цифровые сети быстро распространились за пределы крупных городских центров. Постановления кабинета министров и планы экстренных мер, использовались администрацией для снижения давления, но этого оказалось недостаточно для протестующей молодежи. После того как группа военных поддержала эти действия, президент Андри Радзуэлина распустил парламент, а затем бежал из страны.[iii] Этот пример демострирует, насколько важны обеспечение услуг и общественное согласие. После того, как командующий группой Оперативного, Административного и Технического персонала армейского корпуса (CAPSAT) полковник Микаэль Рандрианирина занял пост президента[iv] события на данный момент можно считать успокоившимися. На данном этапе важно обеспечить эффективное управление переходного процесса как в интересах молодежи, так и общества в целом.Неэффективное управление процессом и краткосрочные инициативы, не способные обеспечить устойчивое доверие, могут привести к появлению новых волн беспорядков.
На данный момент три ключевых фактора могут объяснить вероятность распространения движения GenZ в Африке. Во-первых, это интенсивность давления на экономику. Снижение порога протеста является результатом инфляции, безработицы среди молодежи и роста стоимости основных потребительских расходов. Во-вторых, это возможность доступа к интернету. Масштабы сетевых перемещений увеличиваются за счет доступного интернета, распространению смартфонов и простоте взаимодействия платформа. В-третьих, ситуация с открытостью в политической сфере. По мере распространения мирных собраний и свободы слова, безлидерные движения могут обрести определенные рамки. По этим трем критериям выделяются Сенегал, Кения и Тунис. Молодежь в Сенегале стремится участвовать в демократическом процессе и придает большое значение свободе слова. Изменения в стоимости жизни в Кении также могут привести к новым циклам. В ситуации с Тунисом, протесты вызывают экономические трудности и безработица среди молодежи . Эти три страны обладают социологическими и технологическими ресурсами, которые позволят им быстро адаптировать логику цифровых сетей, наблюдаемую в Марокко.
Гана, Нигерия и Южная Африка относятся к группе со средней вероятностью. Ожидания молодежи в Гане растут из-за макроэкономических колебаний и дискуссий по поводу внешнего долга. В результате движения #EndSARS Нигерия приобрела социальную структуру, привычную к мобилизации молодежи с помощью цифровых технологий. Одновременные и охватывающие всю страну волны возможно ограничить за счет проблем с безопасностью в отдельных районах и регионах. В Южной Африке порог недовольства увеличивается из-за перебоев в обслуживании, проблем с инфраструктурой и высокого уровня безработицы среди молодежи. Распространение цифровых безлидерных движений иногда обусловлено сильными профсоюзными традициями и каналами институциональной оппозиции. В странах с высоким уровнем контроля, таких как Египет и Эфиопия, вероятность распространения ниже. Это обусловлено переносом виртуальных-призывов в реальную жизнь, ограничениями интернета и сокращением публичного пространства.
Культурные коды волны GenZ делают это движение более инклюзивным. Символы популярной культуры, юмор и ирония упрощают молодежи преобразование сложных политических вопросов в простые, яркие и доступные для распространения сообщения. Этот язык выдвигает на первый план простое чувство справедливости вместо жестких идеологий. Такая структура снижает отчуждение широких масс и стоимость участия. Кроме того, в процессе участвуют и молодые люди, создающие и публикующие контент. Эта гибкая форма цифрового участия может поддерживать непрерывность и интенсивность протестов.
Сходства с Арабской весной, хотя и поверхностное, ограничены с аналитической точки зрения. Структура требований поколения Z сосредоточена не столько на проблеме режима, сколько на улучшении качества управления. Ожидается большая прозрачность в процессах местного самоуправления, лучшее образование, больше возможностей для трудоустройства и лучшее здравоохранение. Государства, которые заранее осознают эти ожидания и скорректируют свою политику в соответствии с ними, быстро повысят уровень общественного доверия. В случае возникновения задержки, откроются окна ритмичных волн и периодической напряженности.
Значение движения GenZ с точки зрения политической теории заключается в изменении форм участия. Инструменты представления не ограничиваются избирательными ящиками. Ежедневные микрополитики, оперативные обратные связи и кампании, основанные на данных, меняют процессы принятия решений. Политическая легитимность , благодаря реакции правительства на эти призывы, укрепляется новым уровнем эффективности . Когда доминируют жесткие рефлексы командования и контроля, гибкость онлайн-пространства расширяется, создавая более широкую сферу реагирования. Политики могут использовать управляемый метод для раннего анализа набора требований, определения приоритетов и периодического отчета с измеримыми результатами. Эта ситуация может фактически помешать росту приходящей волны. Таким образом, действия могут закончиться, еще не начавшись.
В Африке наблюдается волна GenZ, которая может определить направление общественных преобразований. Если брать во внимание молодое население Африки, правительства стран континента должны уделять внимание этим молодым людям и прислушиваться к их мнению. В этом контексте требования молодежи в отношении общественной сферы могут поспособствовать пересмотру правительством качества услуг, прозрачности и политики занятости. Таким образом, расходы на здравоохранение и образование будут сбалансированы, программы поддержки молодых предпринимателей распространятся, и в случае перехода к институциональному диалогу, протестное движение может трансформироваться в формализованный формат диалога. Цифровые сети могут стать механизмами постоянного консультирования и обратной связи. Такое развитие событий, трансформируя энергию молодого поколения во что-то потенциально-продуктивное, может укрепить социальную стабильность континента. Однако если эта возможность будет упущена, общественные ожидания могут продолжать расти, а постоянные циклы беспорядков в политике могут стать новой нормой. Поколение GenZ, выглядит полным решимости строить свое будущее, и эта решимость может стать одним из важнейших факторов, определяющих качество управления на континенте.
[i] Mohamed El Amrani, “Manifestations GenZ 212”, Medias24, 7 Ekim 2025, https://medias24.com/2025/10/07/le-mouvement-genz-publie-un-communique-autour-de-lenseignement-de-la-sante-et-de-lemploi/, (Дата Доступа: 21.10.2025).
[ii] Там же.
[iii] Nimi Princewill, “Gen Z protesters toppled Madagascar’s president. Should other African leaders worry?”, CNN, 18 Ekim 2025, https://edition.cnn.com/2025/10/18/africa/gen-z-topples-madagascars-president-intl, (Дата Доступа: 21.10.2025).
[iv] Там же.
