Президент Южной Кореи Ли Чжэ Мён встретился с председателем КНР Си Цзиньпином 5 января 2026 года в рамках своего четырехдневного рабочего визита в Пекин. В ходе этих переговоров стороны подписали торговое соглашение на сумму 44 миллиона долларов и 14 меморандумов о взаимопонимании в ряде областей. Это важное событие, поскольку это первый визит президента Южной Кореи в Китай с 2019 года. С того времени региональный и глобальный баланс сил значительно изменился. На данный момент Сеул, подчеркнув важность сотрудничества с Пекином, вновь подтвердил свою решимость поддерживать региональную безопасность и стабильность.
Фактически эти дипломатические усилия были возобновлены в 2023 году в формате трехсторонних переговоров на уровне министров иностранных дел с участием Японии. Последнее из этих встреч состоялось в марте 2025 года. Однако в последнем квартале 2025 года, в частности из-за тайваньского вопроса, политические споры между Китаем и Японией усилились и, наряду с санкциями в области торговли, почти достигли кризисной точки. В отличие от Токио, Сеул привлек внимание усилением дипломатических контактов с целью возобновления отношений с Пекином. Дипломатические контакты между этими тремя странами дают представление о том, как изменилась регионально-глобальная конъюнктура с 2019 года по настоящее время.
Например, в 2023 году наиболее важными событиями, приведшими к активизации дипломатических контактов между тремя странами, стали усиление военного присутствия западных держав, в первую очередь США, на Дальнем Востоке, а также потенциал роста таких проблем, как Северная Корея и Тайвань. Настолько, что летом 2022 года США, посетив Тайвань на уровне председателя парламента, максимально пересекли красную черту Китая. Кроме того, в ходе этого процесса растущее военно-дипломатическое взаимодействие Японии и Южной Кореи с США вызвало большую озабоченность у Китая. Однако в то время президент Южной Кореи Юн Сок Ёль не одобрил план визита спикера Палаты представителей США Нэнси Пелоси в Сеул после Тайваня. Пелоси посетила Токио после Тайваня. Сеул своим сдержанным подходом продемонстрировал, что учитывает чувствительность Пекина и не хочет вызывать его реакцию. Другими словами, Южная Корея не хотела оказаться в центре постоянно растущего кризиса между США и Китаем и уделяла большое внимание коммуникации для снятия региональной напряженности.
В такой период в 2023 году между Южной Кореей, Китаем и Японией после четырехлетнего перерыва был возобновлен механизм консультаций на уровне министров иностранных дел.[1] Стремление трех стран уделить особое внимание дипломатии с целью снижения региональной напряженности было воспринято как обнадеживающее событие. В марте 2025 года в Токио состоялась 11-я консультационная встреча министров иностранных дел трех стран.[2] Однако в октябре 2025 года премьер-министр Японии Санаэ Такаити, вступившая в должность, продемонстрировала подход к вопросу национальной безопасности, включающий Тайвань, что вызвало реакцию со стороны Китая.
На самом деле позиция премьер-министра Такаити соответствует национальной стратегии обороны Японии, проводимой в жизнь с 2013 года. Токио пересматривает свою стратегию национальной обороны, чтобы быть готовым к возможным кризисам в ближайшем окружении. Эти «угрозы безопасности» основываются на трех факторах. К ним относятся: присутствие России на северных территориях (Курильские острова), угрозы со стороны Северной Кореи и напряженность в отношениях между Китаем и Тайванем. Япония постоянно пересматривает и совершенствует свою военную мощь и планы обороны, чтобы быть готовой к этим потенциальным «угрозам безопасности» и создать сдерживающий фактор.
С другой стороны, планы обороны Южной Кореи также постоянно обновляются, особенно в связи с новыми угрозами безопасности со стороны Пхеньяна. В частности, после стратегических событий, таких как испытания межконтинентальных и баллистических ракет Северной Кореей, а также начало производства ядерных подводных лодок, Южная Корея начала получать поддержку от США в этом вопросе и подписала соглашения о совместном производстве ядерных подводных лодок.[3] Кроме того, Сеул активизировал свои усилия по разработке совместной с США стратегии ядерного сдерживания и обороны с целью предотвращения ядерных атак со стороны Севера. Одновременно с этим Южная Корея просит Китай взять на себя роль «посредника мира» на Корейском полуострове, в том числе в ядерном вопросе.
С западной точки зрения Китай рассматривается как крупнейший торговый партнер и важный дипломатический союзник Северной Кореи. Однако не следует забывать, что Пекин может оказать влияние на Пхеньян и успокоить его, чтобы снизить напряженность в регионе. В этой связи общественности стало известно, что Китай неоднократно направлял Северной Корее дипломатические письма с призывом снизить конфликтность и напряженность.[4] Аналогичные требования выдвигаются Южной Кореей и США в отношении Китая. Западные державы хотят, чтобы Китай использовал свое влияние на Пхеньян для привлечения Северной Кореи к переговорам. Если говорить в целом, то Китай призвал все стороны, вовлеченные в северокорейский вопрос, к сдержанности и в последние годы неоднократно блокировал попытки США и других стран ужесточить санкции в отношении Северной Кореи в рамках ООН.
В результате, если говорить о перспективах трех стран, то Япония в последнее десятилетие начала рассматривать Китай как основную «угрозу безопасности». Возвышение Китая в качестве сверхдержавы в экономической, политической и военной сферах вызывает беспокойство у Японии, что приводит к увеличению расходов Токио на оборону. Китай, в свою очередь, рассматривает эти изменения в военной стратегии Японии с исторической точки зрения как большую угрозу и стремится к эффективному использованию дипломатических каналов для снижения напряженности. Экономическая взаимозависимость трех стран снижает риск возможного военного столкновения в регионе. С другой стороны, Южная Корея уделяет большое внимание укреплению экономических и дипломатических отношений с Китаем. Эти усилия находят отклик и со стороны Китая. Однако позиция Японии, если рассматривать ее в историческом контексте, приобретает гораздо более опасный характер.
[1]“10th Korea-Japan-China Trilateral Foreign Ministers’ Meeting to Take Place”, Republic of Korea-MFA, https://www.mofa.go.kr/eng/brd/m_5676/view.do?seq=322361&page=1, (Дата Обращения: 10.01.2026).
[2] “The 11th China-Japan-ROK Trilateral Foreign Ministers’ Meeting Held in Tokyo”, FMPRC, https://www.fmprc.gov.cn/eng/wjbzhd/202503/t20250325_11581396.html?ref=cjfp.org, (Дата Обращения: 10.01.2026).
[3] “The US will help South Korea build nuclear ‘attack’ submarines — here’s what that means”, BBC, https://www.bbc.com/news/articles/c620qppzlgwo, (Дата Обращения: 18.11.2025).
[4] “China’s Xi Calls for Communication, Unity in Letter to NKorea, State Media Says”, VOA News, https://www.voanews.com/a/china-s-xi-calls-for-communication-unity-in-letter-to-nkorea-state-media-says-/6791791.html, (Дата Обращения: 10.01.2026).
