8 декабря 2025 года президент Франции Эммануэль Макрон, канцлер Германии Фридрих Мерц, премьер-министр Великобритании Кир Стармер и президент Украины Владимир Зеленский, собравшиеся в Лондоне, разработали проект, пересматривающий мирный план президента США Дональда Трампа, продемонстрировав решимость не принимать текущий мирный план Трампа.[i] Европейские страны продолжают поддерживать Украину на поле боя и на уровне риторики с целью предотвращения подобных атак в будущем и установления устойчивого режима безопасности, нежели скорейшего прекращения конфликта.
Европа оценивает модель прекращения огня, диктуемую за столом переговоров на основе достижений Росии на поле боя, как угрозу как суверенитету Украины, так и европейской безопасности и не принимает такой подход. Именно этот момент, то есть осторожная позиция Европы касательно перемирия и поддержка Украины, создали подходящую почву для формирования новой риторики Путина в соответствии со своими интересами.
Заявление Путина, сделанное 2 декабря 2025 года перед встречей с особым представителем США в Москве Стивом Виткоффом и советником президента США Дональда Трампа Джаредом Кушнером по поводу мирного плана Трампа, можно считать проявлением этой риторики. Поскольку такие высказывания, как «У европейцев нет мирной повестки дня… Они на стороне войны… Если Европа захочет воевать с нами, мы готовы…»,[ii] имеют значение, выходящее за рамки комментариев в контексте мирных переговоров. В продолжение этой риторики, заявление Путина во время своего визита в Индию 4-5 декабря 2025 года: «Мы хотим положить конец войне, которую Запад развязал с помощью Украины»[iii], укрепляет систематически выстраиваемый нарратив.
Что же это за нарратив? Этот нарратив, построенный на утверждении России «Европа не хочет мира и препятствует мирным переговорам, Россия же хочет положить конец войне», в первую очередь нацелен на то, чтобы представить Россию как субъекта мира, а Европу как сторону, препятствующую миру. Таким образом, в первую очередь финансовые и военные обязательства Европы перед Украиной были определены как «действия, подрывающие мир», чтобы создать благоприятную почву для стремления России к поиску международной легитимности.
Во-вторых, эти заявления, подразумевающие, что Европа превратилась в «опасного игрока», указывают на изменение в иерархии угроз в российской внешней политике в сторону Запада. В традиционной российской риторике о безопасности «первичная угроза»- это США и Организации Североатлантического договора (НАТО), а Европейский союз (ЕС), находясь скорее в тени США и представляя собой «вторичную угрозу», в последних высказываниях Путина стала классифицироваться как «сторона, желающая войны», а США как « игрок, поддерживающий мир, готовый к переговорам», что указывает, что риторика «первичной угрозы» сосредоточена на ЕС. США под руководством Трампа, в отличие от периода Байдена, придерживается подхода, ставящего под сомнение НАТО, обвиняющего Европу в том, что она живет за счет США, желающего прекратить поддержку Украины и сосредоточиться на Азиатско-Тихоокеанском регионе, а также вести мирные переговоры с Россией.
Европа же уже не та Европа, которая была до войны; Россия сталкивается с Европой, которая укрепляет восточную границу, в первую очередь на Украине, предпринимает сильные инициативы в области обороны, имеет оборонные планы на 2030 год и интегрируется в систему безопасности НАТО. Усиление безопасности Европы представляет собой прямую угрозу для геополитических интересов России и поэтому значение Европы для России начинает перестраиваться.
В-третьих, в выстраиваемой риторике России, Европа указывается как актор, управляющий и поддерживающий войну, а Украина лишается статуса политического субъекта и становится пассивным объектом прокси- войны. Это можно рассматривать как стратегию, ориентированную как на российскую, так и на европейскую и на американскую внутреннюю аудиторию. Поскольку по мере размывания образа Украины, Россия транслирует посыл, что она воюет не с Украиной, а с великими державами, и этот посыл делает войну более легитимной, превращая ее в масштабную экзистенциальную борьбу, тем самым облегчая представление России не как ревизионистского, а как оборонительного актора.
В совмещении с риторикой Путина, определяющего ЕС как на “ответственного за войну” и подходом Трампа, отвергающего трансатлантическое распределение нагрузки под лозунгом “Америка прежде всего”, в американской общественности усиливается чувство того, что “проблемы Европы — не наша забота”. Эта картина, усиливающая напряженность в трансатлантических отношениях, является политикой, на которую нацелен Путин. Поскольку Россия верит, что для восстановления статуса великой державы как в ближайшем окружении, так и в мировом порядке, необходимо, чтобы Европа отделилась от США в соответствии с традиционными интересами России.
В ответ на этот шаг Путина президент Франции Эммануэль Макрон заявляя, что между США и европейскими странами отсутствует недоверие, а наоборот, американцы и европейцы должны действовать совместно по вопросу Украины[iv], дал понять, что не хочет давать повода для возможной напряженности между США и Европой. Хотя европейское крыло и стремится помешать России получить стратегическое преимущество за счет трансатлантических связей, из заявлений в европейском разделе Национальной стратегии безопасности США под руководством Трампа следует, что Трамп предоставляет Путину значительное пространство для маневра.
Заявления Путина направлены на усиление дискуссий о нецелесообразности поддержки Украины, транслируя посыл европейской общественности о том, что «ваши лидеры неоправданно раздувают войну». Угрожающая фраза «Если она захочет воевать, мы готовы» свидетельствует о том, что ее целью является не столько непосредственная военная угроза, сколько «психологическая операция», направленная на углубление раскола в Европе. Посредством представления России как актора, готового к миру, но вынужденного реагировать на действия Европы, ставится цель инициировать в обществе обсуждения о стоимости войны для Европы. Поскольку обсуждение военной, экономической и политической поддержки Украины усиливает раскол в Европе, что ослабляет поддержку Киева, затрудняет оказание единого давления на Россию и, в конечном итоге, обеспечивает России сильную позицию за столом переговоров и на поле боя.
По сути, европейские общества уже около четырех лет напрямую ощущают на себе экономические и социальные издержки войны между Россией и Украиной, от роста оборонных расходов до инфляции, от энергетии до миграционного давления. Учитывая такие проблемы, как экономический спад, инфляция и поляризация, с которыми сталкиваются европейские страны, в первую очередь Германия, Франция и Италия, в Европе существует почва для формирования общественного сопротивления в отношении продолжения поддержки Украины со стороны лидеров. Таким образом, заявление Путина «Если Европа захочет воевать, мы готовы» направлено именно на эту чувствительность, то есть на ослабление уменьшающегося терпения общественности и способности правительств в убеждении общества в необходимости продолжения этой войны.
Действительно, задержка Италией согласования постановления, которое облегчит военную помощь Украине по политическим и экономическим причинам,[v] может быть расценена как признак того, что стратегическая уязвимость Европы найдет отражение в риторической стратегии Путина. Хотя конъюнктура и соответствует риторической стратегии Путина, у этой политики есть и некоторые ограничения. Наиболее важным фактором, ограничивающим эту стратегию, можно считать коллективный характер процессов принятия решений в ЕС. Поскольку иная позиция одной страны не сможет ослабить весь Союз, существующая координация может уравновесить управление восприятием со стороны России. Аналогичным образом, хотя в период президентства Трампа для Путина открылись некоторые возможности, традиционная политика США направлена на поддержание трансатлантических связей.
Несмотря на экономические и политические трудности, европейские страны продолжают оказывать стратегическую поддержку Украине. Например, Германия, несмотря на энергетический кризис, продолжает оказывать Украине военную и финансовую поддержку. Франция, наряду с внутренним политическим давлением и экономическими проблемами, демонстрирует твердость в поддержке Украины. Несмотря на все экономические издержки, Польша усиливает свою поддержку Украины в области охраны границ и военной помощи. Помимо этого, политика легитимизации военной и финансовой поддержки Украины со стороны европейских стран как меры по обеспечению своей безопасности перед лицом российской угрозы, а также сопротивление, проявленное Украиной на поле боя, могут затруднить принятие европейской общественностью нарратива о том, что «Европа ответственна за войну».
Попытка России переквалифицировать Европу в угрожающего, «антимирного» игрока, в результате подхода Европы к мирному плану Трампа и продолжающаяся поддержка Украины, показывает, что война не ограничивается фронтом и что она приобрела многомерный характер благодаря дипломатическим инициативам, стратегическим маневрам и коалициям, а также что в определении баланса сил на поле боя будут играть важную роль риторика и управление восприятием.
[i] Peter Beaumont, “Zelenskyy meets European leaders in London for talks on ending Ukraine war”, The Guardian, https://www.theguardian.com/world/2025/dec/08/ukraine-peace-deal-trump-zelenskyy-not-ready, (Дата Доступа: 08.12.2025).
[ii] Sasha Vakulina, “If Europe wants to start a war we are ready now, Russia’s Putin says”, Euronews, https://www.euronews.com/2025/12/02/if-europe-wants-to-start-a-war-we-are-ready-now-russias-putin-says, (Дата Доступа: 05.12.2025).
[iii] “Putin’den Ukrayna savaşı ile ilgili açıklama! ‘Batı’nın başlattığı savaşı durdurmak istiyoruz’”, Milliyet, https://www.milliyet.com.tr/dunya/putinden-ukrayna-savasi-ile-ilgili-aciklama-batinin-baslattigi-savasi-durdurmak-istiyoruz-7495888, (Дата Доступа: 05.12.2025).
[iv] Oliver Holmes, “‘No mistrust’ between Europe and US over Ukraine, Macron says”, The Guardian, https://www.theguardian.com/world/2025/dec/05/no-mistrust-between-europe-and-us-over-ukraine-macron-says, (Дата Доступа: 08.12.2025).
[v] Angelo Amante, “Italy to postpone decree on military aid to Ukraine, sources say”, Reuters, https://www.reuters.com/business/aerospace-defense/italy-set-extend-permission-military-supplies-ukraine-document-shows-2025-12-02/, (Дата Доступа: 05.12.2025).
