Геополитические линии разлома Южного Кавказа по состоянию на 2026 год, после военного перелома, произошедшего в 2020 году, реконфигурируются не столько посредством классических демонстраций военной силы, сколько через проходящие по морскому дну высоковольтные линии электропередачи и оптоволоконные инфраструктуры, обеспечивающие межконтинентальную цифровую интеграцию. В центре этой фундаментальной трансформации находится Азербайджанская Республика, которая вышла за рамки статуса регионального игрока и стала основным и неотъемлемым элементом глобальной системы энергетической безопасности. Очевидно, что администрация Баку трансформировала военный успех, достигнутый в Карабахе, в статус критически важного “незаменимого актора” в стратегии Европы по прекращению энергетической зависимости от России и диверсификации ресурсов. Этот процесс, объединяясь с проектами “Зеленой энергии”, переносящими потенциал возобновляемых источников Каспийского бассейна в центр Европы, и интеграцией Срединного коридора, несет в себе потенциал превращения региона из зоны вмешательства внешних сил в важнейший логистический и энергетический центр Евразии.
Для анализа этой новой стратегической структуры на Южном Кавказе, прежде всего, необходимо рассмотреть влияние концепции “дилеммы безопасности” на традиционный баланс сил в регионе. Кавказ, который в прошлом рассматривался Россией как собственная зона влияния в рамках доктрины “ближнего зарубежья”, сегодня стремительно выходит из-под контроля Москвы благодаря стратегическому энергетическому партнерству, установленному между Азербайджаном и Европейским союзом (ЕС). Ослабление роли России как гаранта региональной безопасности после украинского кризиса предоставило администрации Баку широкое пространство для маневра. Посредством глубоких экономических и энергетических связей с ЕС Азербайджан уравновесил историческую монополию России на энергопоставки и объединил свой государственный суверенитет со стратегическими интересами Запада.
Это обстоятельство формирует защитный щит в пользу Азербайджана также и перед лицом изоляционистской и временами дестабилизирующей региональный баланс политики Тегерана. Укрепление Баку существующих альянсов с Брюсселем на основе институциональной энергетической дипломатии создает дилемму безопасности для конкурирующих акторов в регионе. Ибо каждое экономическое и инфраструктурное достижение Азербайджана усиливает интерес внерегиональных акторов к региону и структурно ограничивает возможности вмешательства конкурирующих держав.
Подход, основанный на связности, выступает в качестве наиболее заметного геостратегического элемента современности. Внешнеполитическое видение Азербайджана отныне нацелено не на модель, основанную исключительно на экспорте нефти и газа, а на институционализацию Срединного коридора на цифровой, логистической и зеленой структуре. Этот многовекторный транспортный маршрут, начинающийся в Китае и простирающийся через Каспий в Европу, стал одним из самых безопасных путей глобальной торговли в период, когда надежность Северного маршрута, проходящего через Россию, была подорвана. Успех этого коридора напрямую связан с активным участием государств Центральной Азии в процессе. Такие страны, как Казахстан и Туркменистан, рассматривают эти транзитные ворота, открывающиеся через Каспий в Азербайджан и, следовательно, на европейские рынки, как стратегию минимизации своей структурной зависимости от Москвы.
В частности, проект кабеля “Зеленой энергии”, проходящего по дну Каспийского моря через Грузию в Румынию и Венгрию, носит характер геополитической революции, нежели просто технического достижения. Данная линия, соединяя ветровой и солнечный энергетический потенциал Каспия с целями “Зеленого курса” ЕС, превращает Южный Кавказ в органическую и стратегическую часть европейской энергетической системы. Зангезурский же коридор, как один из важнейших элементов этого интеграционного процесса, обещает непрерывную и высокопроизводительную сухопутную связь с Европой через Нахчыван и Турцию. Эта линия, начинающаяся в Баку и простирающаяся до Карса, выполняет функцию не просто транспортного маршрута, а стратегического шага, связывающего экономический потенциал стран Центральной Азии с глобальными рынками
Упомянутые крупные проекты спровоцировали коренное изменение подхода и в политике ЕС в отношении Южного Кавказа. Администрация Брюсселя, годами строившая свою политику в регионе на основе “прав человека, демократизации и стандартов”, к середине 2020-х годов сменила эту идеалистическую позицию, переориентировавшись на ось “стратегического реализма”. Энергетический кризис, вызванный кризисом в Украине, и использование Россией энергии в качестве оружия вынудили ЕС в балансе между ценностно-ориентированной внешней политикой и интересами отдать приоритет последним.
ЕС определяет Азербайджан не просто как соседа, а как критически важного стратегического партнера для промышленной устойчивости и энергетической безопасности Европы. Эта прагматическая ориентация обеспечила переход отношений между сторонами на более предсказуемую и ориентированную на взаимную выгоду основу. Стратегический реализм повлек за собой признание Брюсселем администрации Баку в качестве регионального балансира и отождествление стабильности на Южном Кавказе с собственной безопасностью и процветанием Европы. Эта дипломатическая трансформация является конкретным результатом способности Азербайджана использовать свои энергетические ресурсы не только как коммерческий товар, но и как стратегический инструмент, обеспечивающий авторитет и защиту в международной системе.
Несмотря на это, самый насущный вопрос, на который необходимо ответить в контексте проектов такого масштаба и геополитических сдвигов, заключается в том, смогут ли упомянутые экономические сети построить прочный мир на Южном Кавказе. Принцип взаимозависимости играет центральную роль в процессе нормализации отношений между Арменией и Азербайджаном. Энергетические и логистические коридоры, выстраиваемые Азербайджаном, предлагают модель объединения, обладающую потенциалом включить Армению, нежели структуру, исключающую её. Присоединение Армении к этим региональным сетям может позволить Еревану избавиться от исторической изоляции и связать свое благосостояние с сотрудничеством, которое будет установлено с Баку и Анкарой. Эта ситуация не только будет способствовать техническому решению пограничных вопросов, но и позволит напряженности в регионе уступить место процессам рационального экономического сотрудничества. Этот процесс можно рассматривать как начало периода, когда ресурсы, текущие из Каспия в Европу, станут гарантией регионального мира. Встреча предложения “Перекресток мира”, выдвинутого руководством Армении, и видения коридоров Азербайджана в единой точке таит в себе историческую возможность компромисса для Южного Кавказа.
В заключение, подтверждается, что эта новая структура, которую Азербайджан сплел посредством энергетической дипломатии и стратегий связности, поместила страну в позицию незаменимого центра в геополитике Евразии. Эта новая ситуация, формирующаяся между ослаблением влияния России в регионе, стратегическими опасениями Ирана и реалистической внешнеполитической ориентацией ЕС, превратила Южный Кавказ в один из самых динамичных регионов глобальной системы. Проекты зеленой энергетики и интеграция Срединного коридора являются стратегическими ходами, выходящими за рамки просто технических инфраструктурных инвестиций и навсегда связывающими будущее региона с западным миром. Успех этих процессов будет зависеть от воли стран региона трансформировать существующий экономический потенциал в культуру прочного мира и зону общего процветания.
Азербайджан, благодаря своему нынешнему положению, не только укрепляет собственный суверенитет, но и лично определяет правила нового распределения сил между Востоком и Западом. Эта структура, возводимая новыми архитекторами Каспия, представляет собой нечто большее, чем трубопроводы – это межконтинентальный мост доверия и стабильности. До тех пор, пока Южный Кавказ сможет производить свой собственный мир в рамках собственных процессов экономического сотрудничества, он перестанет быть слабым местом глобальной системы и превратится в один из самых устойчивых и стратегических оплотов Евразии.
