Соглашение о сотрудничестве в сфере мирного атома, подписанное администрацией Дональда Трампа с Саудовской Аравией, рассматривается не просто как техническая договорённость, направленная на углубление энергетического партнёрства между двумя странами.[i] Оно свидетельствует о существенной трансформации подхода Соединённых Штатов Америки (США) к безопасности и дипломатии на Ближнем Востоке, которого Вашингтон придерживался на протяжении многих лет. Ранее американская сторона увязывала доступ Саудовской Аравии к ядерным технологиям США с условием дипломатической нормализации отношений с Израилем. Однако тот факт, что администрация Трампа в значительной степени отказалась от этого ключевого требования, указывает на смещение американской внешней политики от идеологического и ориентированного на безопасность подхода к более прагматичному курсу, основанному на экономических интересах. В этом контексте данное соглашение способно повлиять не только на отношения между США и Саудовской Аравией, но и на расстановку сил на Ближнем Востоке, а также на глобальную конкуренцию.
В период после холодной войны политика США на Ближнем Востоке в значительной степени строилась вокруг обеспечения безопасности Израиля. Особенно в таких стратегически важных сферах, как передача технологий мирного атома, Вашингтон действовал с учётом регионального баланса сил и увязывал технологическое сотрудничество с жёсткими политическими условиями. То, что соглашение администрации Трампа с Саудовской Аравией отходит от этого традиционного подхода, свидетельствует об изменении приоритетов США. Хотя позднее Трамп заявил, что соглашение обусловлено присоединением Саудовской Аравии к Авраамовым соглашениям, в опубликованной версии соглашения такое условие прямо не указано.[ii] Это указывает на то, что вопросы безопасности Израиля больше не являются единственным определяющим приоритетом Вашингтона.
Основной причиной этого изменения является обостряющаяся глобальная конкуренция между США и Китаем. В последние годы Пекин в рамках инициативы «Один пояс, один путь» развивает значимые партнёрства со странами Персидского залива в сферах энергетики, инфраструктуры и технологий. Саудовская Аравия, углубляя экономические связи с Китаем, также неоднократно заявляла о готовности рассматривать альтернативные формы сотрудничества в области ядерной энергетики. Поэтому возможный переход Эр-Рияда к китайским технологиям воспринимается Вашингтоном не только как экономический, но и как стратегический риск. Основное послание Трампа посредством этого соглашения является то, что для США важнее чтобы Саудовская Аравия сотрудничала в ядерной сфере с Вашингтоном, а не с Пекином. Таким образом, соглашение выходит за рамки энергетического сотрудничества и приобретает характер нового фронта соперничества великих держав.
Зародившийся во время второй администрации Трампа подход «Америка прежде всего» рассматривается как один из главных факторов, лежащих в основе этого соглашения. Администрация отдаёт приоритет соглашениям, способным обеспечить экономическую выгоду и стратегические преимущества, а не идеологическим целям во внешней политике. Участие американских компаний в масштабных проектах Саудовской Аравии в сфере ядерной энергетики создаёт долгосрочные коммерческие возможности для экономики США. Особенно возможность привлечения таких компаний, как производитель ядерных реакторов Westinghouse, к проектам стоимостью в миллиард долларов усиливает экономический аспект соглашения. Наряду с этим Вашингтон стремится ограничить влияние Китая и России на мировом рынке ядерной энергетики.
Вместе с тем наиболее обсуждаемым аспектом соглашения являются связанные с ним риски распространения ядерного оружия. Согласно СМИ, соглашение в определённой степени допускает обогащение урана Саудовской Аравии на собственной территории. Также утверждается, что оно не предусматривает обязательных механизмов контроля, которые однозначно исключали бы возможность перехода страны к военной ядерной программе в будущем. В этом контексте соглашение отличается от модели ядерного сотрудничества, закреплённой в соглашении Объединёнными Арабскими Эмиратами (ОАЭ) в 2009 году и предусматривающей строгий контроль со стороны Международного агентства по атомной энергии. Хотя наличие технических возможностей для обогащения урана само по себе не означает производства ядерного оружия, вероятность использования такой инфраструктуры в военных целях в будущем вызывает серьёзную обеспокоенность международного сообщества.
Это, в частности, привело к острой критике со стороны Израиля. Бывший министр обороны Авигдор Либерман заявил, что гражданская ядерная программа Саудовской Аравии может спровоцировать «безумную гонку вооружений» по всему Ближнему Востоку.[iii] Учитывая широко распространённое мнение о том, что Израиль обладает ядерным оружием, хотя официально этого не признаёт, неудивительно, что теперь Тель-Авив с настороженностью относится к появлению в регионе нового ядерного потенциала. Если учесть, что Израиль рассматривает ядерную деятельность Ирана одной из главных угроз своей национальной безопасности, возможность достижения Саудовской Аравией сопоставимого потенциала ещё больше усложняет региональное восприятие угроз безопасности.
Критика в сторону соглашения исходит не только из Израиля. Представители Демократической партии в Конгрессе США также утверждают, что соглашение может дополнительно ускорить развитие ядерной программы Ирана и усилить региональную нестабильность. В основе подобных опасений лежит динамика международных отношений, известная как дилемма безопасности. Шаги, предпринимаемые одним государством для укрепления собственной безопасности, могут восприниматься другими акторами как угроза и привести к взаимной гонке вооружений. Развитие Саудовской Аравией своей ядерной инфраструктуры может не только усилить мотивацию Ирана к дальнейшему развитию собственного ядерного потенциала, но и повлиять на долгосрочные стратегические расчёты таких региональных государств, как Турция, Египет и Объединённые Арабские Эмираты (ОАЭ).
С точки зрения Эр-Рияда соглашение имеет не только аспект безопасности. В рамках программы «Видение 2030» Саудовская Аравия стремится снизить зависимость своей экономики от нефти. В условиях стремительного роста потребления электроэнергии ядерная энергетика рассматривается как одна из альтернатив, способных в долгосрочной перспективе укрепить энергетическую безопасность страны. Она имеет стратегическое значение с точки зрения снижения влияния колебаний цен на нефть на экономику, сокращения её внутреннего потребления и увеличения экспортных поставок. Поэтому Эр-Рияд рассматривает ядерные технологии не только как вопрос безопасности, но и как важную часть программы экономической трансформации.
Политические последствия соглашения также заслуживают внимания. Саудовская Аравия получила от США стратегическое сотрудничество в ядерной сфере, которого добивалась на протяжении долгого времени, при этом ей не пришлось официально признавать Израиль или отказываться от своей позиции по вопросу создания палестинского государства. Это свидетельствует о том, что Вашингтон в нынешних условиях не считает вероятным всестороннюю нормализацию отношений между Саудовской Аравией и Израилем в краткосрочной перспективе. Продолжающиеся конфликты в Газе и напряжённость в отношениях с Ираном существенно изменили региональную дипломатическую обстановку. Судя по всему, администрация Трампа предпочла сосредоточиться на более достижимых целях с учётом сложившихся ситуаций.
С другой стороны, также привлекает внимание и время заключения соглашения. Попытки Вашингтона укрепить отношения со странами Персидского залива в условиях сохраняющейся военной напряжённости между США и Ираном рассматриваются как часть стратегии по восстановлению и укреплению региональной системы союзов. Сдержанная позиция Саудовской Аравии в отношении дальнейшей эскалации в ходе конфликта, и её поддержка усилий по снижению напряжённости между США и Ираном способствовали тому, что отношения с Эр-Риядом приобрели для Вашингтона ещё большее значение. Поэтому ядерное соглашение можно рассматривать не только как сотрудничество в энергетической сфере, но и как элемент усилий США по перестройке архитектуры безопасности в Персидском заливе.
В итоге ядерное соглашение, заключённое администрацией Трампа с Саудовской Аравией, представляет собой важный поворотный момент, отражающий изменение приоритетов внешней политики США. Вместо традиционного подхода, ориентированного на Израиль, приходит более прагматичная стратегия, в центре которой находятся глобальная конкуренция с Китаем и экономические интересы. Вместе с тем последствия соглашения для режима распространения ядерного оружия, регионального баланса сил и дилеммы безопасности ещё долгие годы будут оставаться предметом обсуждения. Данное сотрудничество, поддерживающее энергетическую трансформацию Саудовской Аравии, может привести к новому этапу стратегического соперничества на Ближнем Востоке. В дальнейшем ключевыми факторами, определяющими будущее как региональной безопасности, так и глобального режима ядерного нераспространения, станут порядок реализации соглашения, механизмы контроля Международного агентства по атомной энергии и реакция Ирана.
[i] Bush, Daniel. ”Trump’s Nuclear Deal with Saudis Jettisons Longstanding US Demands”, BBC News, https://www.bbc.com/news/articles/cz05lx0xpero, (Дата обращения: 26.07.2026).
[ii] Там же.
[iii] Там же.
